На главную страницу Библиотеки по культурологии
карта библиотеки


Библиотека > Типология культур > Единая история мировой культуры или история локальных культур?

К этой дилемме сводится одна из основных культурологических проблем. Можно ли говорить о планетарном единстве человечества, его культуры? Или множественность культурных миров вовсе не тяготеет к единству?

В философско-исторической и культурологической мысли выделяются два типа ответов на эти вопросы. Первый утверждает, что не существует единой истории человечества; история осуществляется в смене культур, каждая из которых живет своей собственной, самодостаточной, обособленной жизнью. Схема истории, таким образом, представляет собой не однонаправленный линейный процесс, линии развития культур расходятся (концепции Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера, Л. Фробениуса, А. Тойнби, Э. Мейера, Э. Трельча и др.). "Ложная концепция "единства истории" на базе западного общества имеет ... неверную посылку—представления о прямолинейности развития,"1 — писал А. Тойнби. Второй тип ответов исходит из идеи универсальности и всемирное истории. В многообразий социокультурного мира можно проследить единую линию развития человечества, ведущую к созданию общечеловеческой культуры (концепции Вольтера, Монтескье, Г. Лессинга, И. Канта, И.Г. Гердера, В. Соловьева, К. Ясперса и др.).

Известный русский публицист, социолог и общественный деятель Николай Яковлевич Данилевский (1822—1885) в книге "Россия и Европа" (1869) разработал концепцию обособленных, локальных "культурно-исторических типов ", или цивилизаций, последовательно проходящих в своем развитии стадии рождения, расцвета, упадка и гибели. Культурно-исторические типы выступают "положительными деятелями в истории человечества". Однако этим история культуры не исчерпывается: "... есть еще временно появляющиеся феномены, смущающие современников, как гунны, монголы, турки, которые как турки, совершив свой разрушительный подвиг, помогли испустить дух борющимся со смертью цивилизациям и разнеся их остатки, скрываются в прежнее ничтожество"2. Их Данилевский называет "отрицательными деятелями человечества". Кроме того, существуют племена, которым несвойственна ни положительная, ни отрицательная исторические роли. Они составляют этнографический материал, входя в культурно-исторические типы, но сами "не достигают исторической индивидуальности".

Н.Я. Данилевский выделяет 10 культурно-исторических типов (в хронологическом порядке), целиком или частично исчерпавших возможности своего развития: египетская культура; китайская культура; ассирийско-вавилоно-финикийская, халдейская, или древне-семическая культура; индийская культура; иранская культура; еврейская культура; греческая культура; римская культура; аравийская культура; германо-романская, или европейская культура. Особое место в концепции Н.Я. Данилевского занимают мексиканская и перуанская культуры, погибшие насильственной смертью и не успевшие завершить своего развития.

Среди этих культур выделяются "уединенный " и "преемственный" типы. К первым относятся китайская и индийская культуры, а ко вторым — египетская, ассирийско-вавилоно-финикийская, греческая, римская, еврейская и европейская культуры. Плоды деятельности вторых передавались от одного культурного типа к другому как подпитка или "удобрение" той почвы, на которой впоследствии развивалась другая культура.

Каждый самобытный культурно-исторический тип эволюционирует от этнографического состояния к государственному и от него — к цивилизации. Вся история, по мнению Н.Я. Данилевского, доказывает, что цивилизация не передается от одного культурно-исторического типа к другому. Из этого не следует, что они не оказывали взаимного влияния друг на друга, однако, такое воздействие не может рассматриваться как прямая передача. По Данилевскому, "народы каждого культурно-исторического типа не вообще трудятся; результаты их труда остаются собственностью всех других народов, достигших цивилизационного периода своего развития, и труда этого повторять незачем"3.

Под периодом цивилизации Н.Я. Данилевский понимал "время, в течение которого народы, составляющие тип... проявляют преимущественно свою духовную деятельность во всех тех направлениях, для которых есть залоги в их духовной природе..."4.

Данилевский выделяет следующее основание культурной типологии: направления культурной деятельности человека. Всю социокультурную человеческую деятельность он подразделяет на четыре, не сводимых один к другому, разряда:

1. Деятельность религиозная, объемлющая собою отношения человека к Богу, —"народное мировоззрение... как твердая вера, составляющая живую основу всей нравственной деятельности человека"5.

2. Деятельность культурная в узком смысле (собственно культурная) этого слова, объемлющая отношение человека к внешнему миру. Это, во-первых, теоретически-научная деятельность, во-вторых, эстетически-художественная, и в-третьих, технически-промышленная деятельность.

3. Деятельность политическая, включающая в себя как внутреннюю, так и внешнюю политику.

4. Деятельность общественно-экономическая, в процессе которой создаются определенные экономические отношения и системы.

В соответствии с разрядами культурной деятельности человека Н.Я. Данилевский различал следующие культурные типы:

Культуры первичные, или подготовительные, задачей которых была выработка тех условий, при которых вообще становится возможной жизнь в организованном обществе. Эти культуры не проявили себя достаточно полно или ярко ни в одном из разрядов социокультурной деятельности. К таким культурам относятся египетская, китайская, вавилонская, индийская и иранская культуры, заложившие основы последующего развития.

Культуры одноосновные исторически следовали за подготовительными и проявили себя достаточно ярко и полно в одном из разрядов социокультурной деятельности. К таким культурам относятся еврейская (создающая первую монотеистическую религию, ставшую основой христианства); греческая, воплотивша- яся в собственно культурной деятельности (классическое искусство, философия); римская, реализовавшая себя в политико-правовой деятельности (классическая система права и государственная система).

Культура двуосновная —германо-романская, или европейская. Этот культурный тип Данилевский называл политико-культурным типом, поскольку именно эти два направления стали основой творческой деятельности европейских народов (создание парламентской и колониальных систем, развитие науки, техники, искусства). По его мнению, в экономической деятельности европейцы преуспели в гораздо меньшей степени, поскольку созданные ими экономические отношения не отражали идеала справедливости.

Культура четырехосновная—гипотетический, только еще возникающий культурный тип. Данилевский пишет о совершенно особом типе в истории человеческой культуры, который имеет возможность реализовать в своей жизнедеятельности четыре важнейшие ценности: истинную веру; политическую справедливость и свободу; собственно культуру (науку и искусство); совершенный, гармоничный общественно-экономический строй, который не удалось создать всем предшествующим культуры. Таким типом может стать славянский культурно-исторический тип, если он не поддастся соблазну перенимать готовые культурные формы от европейцев. Удел России, писал Данилевский, — "удел счастливый": "не покорять и угнетать, а освобождать и восстанавливать..."6.

В основе истории философии Данилевского лежит идея отрицания единства человечества, единого направления прогресса: "Общечеловеческой цивилизации не существует и не может существовать, потому что это была бы только невозможная и вовсе нежелательная неполнота... Общечеловеческого не только нет в действительности, но и желать быть им — значит довольствоваться общим местом, бесцветностью, отсутствием оригинальности, одним словом, довольствоваться невозможною неполнотою" .

Не сомневаясь в биологическом единстве человечества, Данилевский настаивает на самобытности, "самодостаточности" культур, создаваемых народами. Подлинными творцами истории выступают не сами народы, а созданные ими и достигшие зрелого состояния культуры, которые подобны "многолетним одноплодным растениям", живущим много лет, но цветущим и плодоносящим только раз в жизни.

Идеи Н.Я. Данилевского развиваются О. Шпенглером (1880 — 1936) в работе "Закат Европы" (1914). Известно, что он читал книгу Данилевского, хотя нигде на нее не ссылается.

Отстаивая идею дискретного характера истории, Шпенглер утверждает, что не существует поступательного развития культуры с его закономерностями, а есть лишь круговорот локальных культур. Уподобляя культуры живым организмам, понимая их как живые существа высшего порядка, Шпенглер считает, что они зарождаются неожиданно и "вырастают с возвышенной бесцельностью, подобно цветам в поле", будучи абсолютно изолированными и лишенными общих связей. Жизненный цикл каждой культуры с фаталистической неизбежностью заканчивается смертью.

Шпенглер выделяет восемь типов культур, достигших своего завершения: китайская; вавилонская; египетская; индийская; античная (греко-римская), или "аполлоновская"; арабская, или "магическая"; западно-европейская, или "фаустовская"; культура народа майя. В особый .тип, как находящийся еще на стадии возникновения, О. Шпенглер выделял "русско-сибирскую" культуру.

Противопоставляя понятия культура и жизнь, Шпенглер понимает под культурой внешнее проявление внутреннего строя души народа, стремление коллективной души народа к самовыражению. В этом смысле культура не тождественна разуму, она возникает из устремления к "космичности", что передается в "такте", "ритме", "тональности" переживания коллективной души. Тем самым Шпенглер порывает с традицией просветительского гуманизма. Каждой культуре, каждой душе присуще первичное мироощущение, свой "первосимвол", из которого и проистекает все богатство ее форм; вдохновленная им, она живет, чувствует, творит. "Каждая из великих культур обладает тайным языком мирочувствования, вполне понятным только тому, кто к этой культуре принадлежит. Чтобы понять культуру Индии, нужно иметь душу брамина"8. Так для фаустовской" души европейской культуры "первосимволом" выступает только ей свойственный способ переживания пространства и времени — "устремленность в бесконечность", которого не знали другие великие культуры. Идея бесконечности в математике, подзорная труба, дальнобойное орудие, Суэцкий канал, перспектива в живописи — все эти разно-порядковые явления есть ни что иное, как проявление этого "первосимвола". "Аполлоновская" душа античной культуры, напротив, осваивала мир, основываясь на принципе "обозримого предела". Для греков просто не существует то, что далеко и невидимо, они воспринимают только зрительно обозримое трех­мерное пространство. Им чуждо все иррациональное, не известен нуль и отрицательные числа. Они не знают истории, археологии, астрономии, "аполлоновская" душа не нуждается в историчности. Грекам известны солнечные и водяные часы, но они не пользуются точным отсчетом времени. Античный человек не замечает течения времени и полностью растворен в его потоке.

Историко-культурный тип замкнут в себе, существует обособ­ленно, изолированно. Культура живет собственной, особой жизнью, культивируя свой "такт", "ритм", "вкус", "тональность". Она ничего не может воспринять от других культур. Не существует никакой исторической преемственности, никакого влияния или заимствования. Новая молодая культура, воспринимая влияние какой-либо другой, немедленно подчиняет воспринятое присущему ей "ритму", "такту", "вкусу". Культуры самодостаточны, а потому диалог невозможен. Человек, принадлежащий к определенной куль­туре, не только не может воспринять иных ценностей, но и не в силах их понять. Китаец или араб смотрят на мир иными глазами, чем грек, они живут другими интересами, их волнуют другие заботы. Западно-европейская душа отделена от восточной непроходимой пропастью. Все нормы духовной деятельности человека имеют смысл только в рамках конкретной культуры и значимы только для нее.

По мнению Шпенглера, единства человечества не существует, понятие "человечество" для него лишь пустой звук. "Всемирная история" — это созданная рационализмом иллюзия, порожденная европейским культурным типом. Каждый тип культуры с неизбеж­ностью судьбы проходит одни и те же жизненные этапы (от рождения до смерти), порождает одни и те же явления, окрашенные, однако, в своеобразные тона, присущие только ему. Тем не менее, в самой концепции Шпенглера можно найти примеры взаимодействия культур. Действительно, античность пере­дала европейской культуре идеи христианства и вдохновила эпоху Ренессанса. Да и сама книга "Закат Европы", воссоздающая образы давно погибших культур, свидетельствует, что идеи общности че­ловеческой истории и культуры имеют далеко не беспочвенное основание.Русский философ Николай Александрович Бердяев проводит мысль о постепенном превращении "человеческого рода" в "чело­вечество". Огромная роль на пути осознания человечеством своей общности принадлежит христианству, которое "исторически возникло и раскрылось в ... период вселенской встречи всех резуль­татов культурных процессов древнего мира, в период, когда соединились культуры Востока и культуры Запада, в котором соединение культуры эллинской с культурами Востока преломилось I в культуре римской. Это объединение древнего мира, этот эллинский синкретизм обусловили образование единого человечес­тва..."9

Падение великих культур, по мысли Н. Бердяева, свидетельст­вует не только о переживании ими моментов зарождения, расцвета и умирания, но также и о том, что "культура есть начало вечности". Падение Рима и античного мира — катастрофа в истории, а не смерть культуры, поскольку "коренное начало древней культуры осталось жить навеки. Римское право вечно живо, вечно живо греческое искусство и философия и все другие начала древнего мира, составляющие основу нашей культуры, единой и вечной, но переживающей лишь разные моменты"10.

В отличие от популярной в Европе первой половины XX века теории культурных циклов, немецкий философ, ярчайший предс­тавитель экзистенциализма, Карл Ясперс (1883 — 1969) предпола­гал единое происхождение человечества и единую историю культуры. Критикуя метод Шпенглера, Ясперс утверждал, что он позволяет лишь истолковывать явления духовной жизни, стили в искусстве, или типы "настроений", однако не дает возможности установить законы. Кроме того, Ясперс обращал внимание на неправомерность биологических аналогов, которые широко используются в шпенглеровской концепции культурных типов, вследствие чего история приобретает фаталистический характер. Он также отвергал и материалистическое толкование истории марксизмом, утверждая, что в истории культуры значительную роль играют не экономические факторы, а духовные. Таким образом, полемизируя с К. Марксом, Ясперс отстаивает приоритет "духовной составляющей" в истории культуры, а в полемике со Шпенглером утверждает ее единство, приходя в конечном итоге к пониманию истории культуры как линейного процесса, имеющего смысловое завершение. История —это "процесс между истоками и целью,"11 — пишет Ясперс в книге "Истоки истории и ее цель".

Рисуя схему мировой истории, К. Ясперс выделяет четыре гетерогенных периода: "прометеевская" эпоха, эпоха "великих культур древности", эпоха "духовной основы человеческого бытия" ("осевое время") и эпоха "развития техники": "Человек четыре раза как бы отправляется от новой основы. Сначала от доистории, от едва доступной нашему постижению прометеевской эпохи (возникновение речи, орудий труда, умения пользоваться огнем), когда он только становится человеком. Во втором случае от возникновения великих культур древности. В третьем — от осевого времени, когда полностью формируется подлинный человек в его духовной открытости миру. В четвертом — от научно-технической эпохи, чье преобразующее воздействие мы испытываем на себе"12.

Прометеевская эпоха составляет, согласно Ясперсу, доисторию человечества, собственно история началась лишь около 5000 г. до н.э. В доисторическую эпоху происходило "становление основных конститутивных свойств человеческого бытия", формирование че­ловека "как вида со всеми его привычными склонностями и свой­ствами,"13 закладывался фундамент человеческого бытия, его сушностная основа. К этому, по сути дела, "докультурному" периоду относится "первое становление человека". Отвечая на вопрос, что же явилось существенным в превращении доисторического челове­ка в человека культуры, Ясперс выделяет "использование огня и орудий", "появление речи", "способы формирующего человека насилия над самим собой" (например, табу), "образование групп и сообществ", "жизнь, формируемую мифами". Начало истории, то есть уже собственно культурного развития, К. Ясперс относит к тому времени, "как существует передача опыта".

Второй период, выделяемый Ясперсом, это "великие исторические культуры древности". Они возникли почти одновременно в трех областях земного шара. "Это, во-первых, шумеро-вавилонская и египетская культуры и эгейский мир с 4000 г. до н.э.; во-вторых, ... доарийская культура долины Инда 3 тысячелетия (связанная с Шумером); в-третьих, ... архаический мир Китая 2 тысячелетия до н.э."14. Чертами, характеризующими данный культурный тип, вы­ступают наличие письменности и "специфической технической рационализации".

Третий период — "осевое время". Согласно Ясперсу, в истории человечества была эпоха духовного основоположения всех тех куль­тур, которые составляют ныне дихотомию Восток — Запад. "Эту ось мировой истории следует отнести ... ко времени около 500 лет до нашей эры, к тому духовному процессу, который шел между 800 и 200 гг. до н.э. Тогда произошел самый резкий поворот в истории. Появился человек такого типа, какой сохранился и по сей день"15.

Это духовное основоположение человечества происходило одновременно и независимо в Китае, Индии, Персии, Палестине, Греции. Тогда жили Конфуций и Лао цзы. Возникли Упанишады, проповедовали Будда, Заратустра, выступали пророки Илия, Исайя, Иеримия и Второисайя; это время философов Парменида, Ге­раклита, Платона, поэта Гомера, трагиков, Фукидида и Архимеда. Их творчество, проповеди и учения "сводятся к тому, что человек осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открывается ужас мира и собственная беспомощность. Стоя над пропастью, он ставит радикальные вопросы, требует освобождения и спасения. Осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели, познает абсолютность в глубинах самосознания и в ясности трансцендентного мира"16. Согласно Ясперсу, в это время происходит становление истории человечества как мировой истории, тогда как до "осевого времени" имели место лишь истории локальных культур. "В эту эпоху были разработаны основные категории, которыми мы мыслим по сей день, заложены основы мировых религий, и сегодня определяющих жизнь людей. Во всех направлениях совершался переход к универсальности"17.

Этот период духовного основоположения человечества, духов­ного родства и духовных генов всех культур дают возможность Ясперсу сделать вывод, что противоположность Востока и Запада не абсолютна. Общие духовные корни позволяют найти способы коммуникаций, диалогов, разрешения конфликтов и создания единого культурного пространства. Чтобы спасти человеческую сущность, находящуюся в XX веке на грани гибели, мы должны, по мнению Ясперса, обновить свою связь с осевым временем, и возвратиться к его "изначальности", подыскивая для неизменно утрачиваемой и вновь обретаемой истины новые "шифры".

Техническая эпоха по своей значимости соответствует проме­теевской. Если в доисторическое время прометеевская эпоха харак­теризовалась возникновением речи, орудий труда, умением пользоваться огнем, то современной научно-технической эпохе свойственны аналогичные процессы, только на более высоком уровне: создание принципиально новых информационных и других технологий, открытие новых источников энергии.

Новая прометеевская эпоха подготавливает возникновение в будущем великих культур, значение которых аналогично значению великих культур древности. Новые великие культуры заложат осно­вы для второго "осевого времени" — подлинного основоположения человечества. Описывая и прогнозируя историко-культурный процесс, Ясперс представляет его в виде "двух дыханий": "первое ведет от прометеевской эпохи через великие культуры древности к осевому времени со всеми его последствиями. Второе начинается с эпохи науки и техники, со второй прометеевской эпохи в истории человечества, и, быть может, приведет через образования, которые окажутся аналогичными организациям и свершениям великих куль­тур древности, к новому, еще далекому и невидимому второму осевому времени, к подлинному становлению человека"18.


1. Тойнби А. Постижение истории. М., 1991. С. 85.
2. Данилевский Н.Я Россия и Европа. М., 1991. С. 89.
3. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 128.
4. Там же. С. 106.
5. Там же. С. 471.
6. Данилевский Н.Я. Россия и Европа. С. 508.
7. Там же. С. 124.
8. Шпенглер О. Закат Европы. Новосибирск, 1993. Т.1. С. 255.
9.Бердяев Н.А. Смысл истории. М., 1990. С. 93.
10.Там же. С. 94.
12. Ясперс К. Истоки истории и ее цель //Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991. С. 54.
13.Ясперс К. Указ. соч. С. 53.
14.Там же. С. 56.
15.Там же. С. 70.
16.Там же. С. 32.
17.Ясперс К. Указ. соч. С. 33. Там же.
18.Ясперс К. Указ соч. С. 53.




Культурология: Учебник для студ. техн. вузов (Под ред. Н.Г. Багдасарьян). - М.:Высш. школа, 1999.



Желающие опубликовать свои работы (статьи, дипломные, рефераты) в библиотеке, присылайте их на library@countries.ru!


КНИГИ, сделать ЗАКАЗ КНИГИ ПОЧТОЙ в книжных магазинах БИБЛИО-ГЛОБУС, ОЗОН/OZON, БОЛЕРО/BOLERO, ТОП-КНИГА, БИБЛИОН и других